главная

все новости

история

шаманство

статьи

магазин

 новости

18 августа 2012


  Тайлаган на горе Шаманка

В минувшую субботу, 11 августа, сотни людей собрались в долине реки Иды, протекающей около Бохана, в районе посёлка Тараса. Люди со всего Усть-Ордынского Бурятского округа – представители большинства бурятских племён – собрались на тайлаган, языческий праздник поклонения духам этой местности. Здесь «Иркутский репортёр» впервые наблюдал обряд жертвоприношения.

Тайлаган на горе Шаманка

Возрождение традиций
Городским жителям трудно себе представить, что сегодня в нескольких часах езды от областного центра проходят обряды, которым сотни лет, и в течение этого времени они совершенно не изменились. В газетной транскрипции принято писать «тайлаган», хотя по-бурятски обряд называется «тэйлрхан». Есть два вида подобных обрядов – родовой и племенной. Первый собирает только представителей одного рода и обычно проходит в святых местах этой фамилии. Шаманы рода выбирают святое место неподалёку от деревни, приносят в жертву барана, а люди обращаются к духам предков и просят их о защите и покровительстве, плодородии и хорошем приплоде скота, чтобы не было болезней и сопутствовала удача во всех делах и начинаниях.

На племенной тайлаган съезжаются представители многих родов одного племени, а зачастую и представители разных племён. Именно такой обряд был проведён на горе Шаманка, возвышающейся над Тарасой на другом берегу Иды. Говорят, что родовые обряды тайком осуществлялись и в годы советской власти, а вот племенные из-за гонений на языческие религии не проводились с 20-х годов прошлого века. Впервые после долгого перерыва возродить старые традиции взялись эхирит-булагатские шаманы, объединившиеся в 2004 году в общественную организацию – общину «Сахилгаан».

Один из первых обрядов прошёл в конце июня 2007 года у села Олонки, на берегу Ангары. Тогда вскоре после очередной авиакатастрофы шаманы просили духов предков защитить Иркутск от этой напасти.

С тех пор изменилось только одно: если сначала обряды проводились только силами шаманской общины, то теперь это начинание поддерживают поселковые администрации тех мест, куда приезжают племена на обряд. В Тарасе, например, организацией занималась заместитель главы администрации МО Светлана Михеева, и она уверяла «Иркутский репортёр», что приехавшие ни в чём не будут нуждаться. Для их удобства на берегу был разбит целый городок из шатров и торговых палаток.

Неблагодарная работа – быть шаманом
К месту проведения обряда «Иркутский репортёр» взялась сопровождать секретарь шаманской общины «Сахилгаан» Галина Балюева. Сначала мы долго не могли с ней встретиться в достаточно небольшом Усть-Ордынском. Потом много времени плутали по единственной дороге, отстав от колонны.

– Что-то вы сильно грешные. Не пускают нас духи, – хмурилась по пути Галина Андреевна. – Ты на борисане-то сигарету сломал по дороге в Усть-Орду? Нет? Вот духи нас и водят, недовольны.

Борисаном называют священное место на дороге, посвящённое духам этой местности (у городских более распространено название «бурхан»). Дело в том, что на обряд пускают не всех и только после некоторых приготовлений. Нельзя ехать больным, женщинам во время менструации. Перед приездом на обряд необходимо убраться в доме, чтобы ничего не валялось по углам, а на полу не лежало грязных тряпок.

– А как правильно бурханить? – уточняет «Иркутский репортёр».

– Некоторые думают, что обязательно нужно выпить водки, – опять хмурится Галина Андреевна. – Это не так. Можно бросить монетку, сломать и положить на стол сигарету. Можно выпить не только водки, но и любой «белой» пищи, молока или тарасуна. Мы вообще этой весной решили, что не будем на тайлагане бурханить водкой. Специально для этого обряда в Монголии заказали двести бутылок тарасуна заводского производства.

– Бурханят же не только на борисане…

– Да. В таких случаях капают на стол, если дома. В дороге ни в коем случае нельзя капать на землю: так капают на покойника! Нужно подойти к дорожному столбику. Мужчины капают на плечо – считается, что там всегда находится дух-хранитель. Женщины могут капать на грудь – к плодородию и женскому здоровью.

Галина Андреевна откровенничает: она сама шаманка во втором поколении по матери, в четвёртом – по отцу.

– Что я буду шаманкой, им до моего рождения предсказал великий шаман. А родители не хотели, чтобы я была шаманкой, и сделали обряд: принесли в жертву 46 баранов – откупиться от этой судьбы…

– А разве это не честь – быть шаманом?!

– Честь… Это тяжкое бремя: шаман не принадлежит ни себе, ни семье – только народу. Детям своим я такого не пожелаю. У нас в семье было 17 детей, я – золотая серединка. Я много болела, а в пять лет в меня ударила молния. Мать говорила: «Я с тобой столько возилась – лучше бы ты сразу умерла». Но она меня лечила по бурятским традициям. Некоторые говорили: «Да она мёртвая уже». А меня обернули землёй у восточной стороны юрты: считается, что так оттягивается электричество. И я снова стала дышать.

– Стали шаманкой?

– Нет, но всё равно вожусь с шаманами, вот, организовала общину. Всё равно своей жизни нет. Вообще, женщина не может проводить обряды. По нашим верованиям, когда великая мать сотворила землю, она поставила править своих племянников. А у восточных бурят сейчас многие женщины пытаются быть шаманками. (Восточными бурятами называют монголов и бурят некоторых районов Иркутской области, исповедующих буддизм. – Авт.) Они не понимают, что женщинам этого нельзя.

Поклонение боханским дедушкам
Племенные обряды перестают быть редкостью: только этим летом уже провели три. Каждый обряд – именной, он проводится в день поклонения определённым духам предков. Последний, на котором присутствовал «Иркутский репортёр», был посвящён боханским дедушкам. Рассказывают, что они сами булагатского племени, но в давние времена переселились на боханскую землю. Шаманы называют их по именам, как хороших приятелей: Егор, Максим, Алёша, Саша и Игнаха. При жизни они были сильными тарасинскими шаманами.

Нукуты, Оса, Бохан и Баяндай на заклание привели по барану от своего района. Особый вес обряду жертвоприношения придаёт то, что от Тарасы привели коня. Конь у бурят – священное животное, это значит, что обряд наделяется особым значением. Ход проведения обряда регламентирован веками. Обычно его проводят в долине реки. В этот раз в долине оставили женщин – все мужчины поднялись на гору Шаманка. «Шаманка» – не собственное имя, так называют все святые горы, на которых проводятся обряды бурят.

В отношениях на тайлагане царит полный патриархат, как и говорила Галина Балюева. Женщин не допускают на жертвоприношение без исключений – они и сидят, и питаются отдельно, своим табором. Им предписывается быть с покрытой головой, обязательно в юбках или платьях и в закрытой обуви – никакие босоножки не допускаются. Буряты очень трепетно относятся к соблюдению мельчайших деталей и запретам при проведении обряда тайлаган – в противном случае считается, что он не будет иметь силы, духи – хозяева мест его не посчитают совершённым.

Мужчины поднимаются в гору. Открывает сегодняшний обряд дядя Рома, тарасинский шаман. Этому тоже предшествовала духовная подготовка: накануне он обходил дома Тарасы, капал и сжигал на сковороде богородскую траву – освящал дома. Кстати, в отличие от других представителей религий, у бурятских шаманов сейчас нет специального обрядового костюма. А раньше был. Полный костюм весил около пятидесяти килограммов и символизировал представления бурят о Вселенной: части костюма, соответственно, отражали верхний мир духов, средний мир человека и нижний мир мёртвых. Говорят, он был сшит из шкур животных и герметичным, как скафандр, чтобы во время проведения обряда к шаману не пристали дурные духи.

Но сами шаманы рассказывают, что костюмы передавались из поколения в поколение, а за время советской власти и репрессий эта традиция прервалась. И никто из современных шаманов не возьмёт на себя ответственность надеть старый шаманский костюм – это большой грех.

Носятся мальчишки. У грузовика выстраивается очередь – раздают тарасун. Суровый старейшина кричит:

– Не толпитесь, тарасун будут выдавать по спискам главам семейств!

Списки – важная часть ритуала. Ещё накануне проведения обряда все роды на отдельном листе бумаги пишут именной список: местность, где они живут, фамилию мужчины – главы семейства, его жены и всех сыновей. Не пишут только девочек: они всё равно выйдут замуж и их будут защищать духи предков новой семьи.

– К нам духи приходят во сне, – улыбаясь, рассказывает Галина Балюева. – Причём мне в ту же ночь после тайлагана, а Махе (глава совета старейшин общины «Сахилгаан», сегодня – самый авторитетный шаман Усть-Орды. – Авт.) – только на третью ночь. Мы когда прошлый тайлаган проводили, одна семья написала фамилии на каком-то клочке бумаги и очень неразборчиво. И ко мне той же ночью пришёл дедушка и недовольно так спрашивает: «Что за семья-то это была? За кого молиться – неясно». Я рассказала об этом Махе, а он говорит: «Не надо, не говори, он ко мне через две ночи придёт – я его сам расспрошу». И мы теперь не принимаем плохо написанные списки, просим переписать аккуратно.

Обряд начинается с жертвоприношения. Бараны лежат на траве, сохраняя тупое спокойствие. Конь бьётся: он чувствует. Говорят, от Тарасы его в гору тянули трактором – не хотел идти. В начале обряда есть что-то варварское, кровавое. По правилам приношения живому коню рассекают брюшину и рукой обрывают аорту. Говорят, это безболезненная и почётная смерть. Во время обряда никому не дозволено касаться коня, кроме шамана и того, кто приносит его в жертву. В это время они высказывают почтение коню, просят у него прощения и молятся, капая из чаши на морду и выпивая остатки тарасуна. После жертвоприношения это позволяют сделать всем, кто хочет отдать почести жертвенному животному. Даже «Иркутскому репортёру».

После этого проходит общий молебен. Животных разделывают и варят в огромных медных чанах. Каждая семья приносит из ближайшего леса по три веточки, символизирующих их семейство. Веточки выстраиваются в общий ряд – это линия, за которую нельзя заходить никому, кроме старейшин и шаманов. И наступает кульминация: шаманы поимённо молятся за людей, указанных в списках, чтобы духи предков хранили и оберегали их. Все стоят лицом к воде, при этом глядя строго на восток, туда, где восходит солнце. Шаманы по-бурятски читают молебен поклонения духу Иркута и просят его о защите народа, который живёт на его берегах. Списки сжигают в кострах: считается, что именно так информация достигает ушей духов предков. (Один из тостов бурят при застолье так и звучит: «Пусть дым от вашего дома достигает небес», что означает неразрывную связь с духами-хранителями.)

Заканчивается обряд поеданием жертвенных животных. В конце на кострах сжигают шкуру, копыта и кости – именно так приношение попадает к богам. Мужчины спускаются с горы с чувством выполненного долга. Считается, что на ближайший год эта земля будет защищена и проживёт его в мире и достатке.

Вернуться назад

Берт Корк
«Иркутский репортер»

 

главная

все новости

история

шаманство

статьи

магазин

All Rights Reserved. Все права защищены.
etnografia@list.ru
© 2007-2012